Статьи

Группа компаний VENTALL: Кто есть кто на рынке металлоконструкций

11 декабря 2019 г.

Интервью Андрея БЫЗОВА, SteelBuildings Agency с Сергеем Чернышовым, генеральным директором Группы компаний VENTALL.

Ventall специализируется на производстве объектов из стали и стальных конструкций. Компания предлагает полный диапазон продукции и услуг: от проектирования до поставки полнокомплектных зданий. Обширная дистрибьюторская и дилерская сеть простирается по всей России и странам СНГ. Производственные мощности заводов Ventall, расположенные в Обнинске и Балабаново Калужской обл., позволяют выполнять самые крупные заказы за короткий период времени. В годовом исчислении это 50 тыс. тонн сварных металлоконструкций, 36 тыс. тонн холодногнутых металлоконструкций, 1 100 000 м2 сэндвич-панелей. В структуре компании существует функция прикладного и перспективного проектирования, которую осуществляет проектное бюро в Обнинске, а также компании-партнёры по проектированию. Мощность проектной функции составляет 6-8 тысяч тонн металлоконструкций комплектных зданий ежемесячно.

АНДРЕЙ БЫЗОВ: Добрый день, Сергей. Вас знает вся отрасль. Что Вы сейчас возглавляете?

СЕРГЕЙ ЧЕРНЫШОВ: Я возглавляю группу компаний VENTALL. Она на сегодняшний день включает в себя три завода. Это завод VENTALL в обнинске, завод в Тульской области под названием DI FERRO и третий завод, это юг России, Шахты, VENTALL DON. Еще в структуре есть генподрядная компания под названием SINTEX. Мы аккуратно и постепенно продвигаем ее на рынок.

А. Б.: Какова совокупная плановая мощность?

С. Ч.: По металлоконструкциям где-то до восьми тысяч тонн в месяц чернометаллических. Совокупно, на три площадки, и порядка полутора, двух тысяч так называемых легких целиковых конструкций, прокатных. По панелям три миллиона метров квадратных в год.

А.Б.: Ассортиментная политика?

С.Ч.: Сейчас в частности речь идет об интеграции проектирования для создания общего проектного центра здесь в Обнинске. До этого централизовали закупку. Это то же логично - получать более хорошие условия от наших поставщиков. Единая структура закупок. Поэтому постепенно движемся и в следующем году придем к тому, что будет единая структура.

А.Б.: Вы ушли из RUUKKI, и Вы вернулись в VENTALL. Только сейчас VENTALL пишется латиницей. В чем разница?

С.Ч.: Основная разница в том, что рынок довольно сильно поменялся за эти девять лет, пока меня не было в этих стенах. И тенденции, которые есть на рынке, мы об этом много говорим, это уход иностранных инвесторов. Просто инвестиционная активность иностранных компаний, если сравнивать с тем, что было десять лет назад и то, что сейчас, она, конечно, однозначно снизилась по ряду понятных причин. Вторая тенденция все-таки рост доли крупных государственных компаний, государственных корпораций. Девяносто процентов сотрудников, которые сейчас работают в VENTALLе, это сотрудники, которые поработали и в RUUKKI. И из них процентов 50-60-это те, кто застал старый VENTALL образца 2005 года.

А.Б: С какими заказами планируете работать?

С.Ч.: У нас большая финансово-промышленная группа, больше 50 предприятий входит, но могу сказать, что совокупно наши сестринские компании обеспечивают менее 5% заказов.

А.Б.: Кто Ваш клиент сейчас. Идеальный клиент, которого Вы видите?

С.Ч.: Мы работаем во многих сегментах и отраслях, начиная от сельского хозяйства и заканчивая нефтегазовым и химическим строительством.

А.Б.: Например, клиенты, которые работают по федеральным законам, те кто работает по государственным тендерам, либо это компания открытого рынка, частная?

С.Ч.: Ограничений никаких нет. Мы стараемся, чтобы портфель был диверсифицирован. То, что касается размера заказов – старое доброе правило: треть крупных, треть средних, треть мелких. Частный рынок платит всегда онлайн, и это, как правило, предоплата. Мы следим за тем, чтобы у нас был некий баланс. Если мы возьмем только одни крупные госконтракты с отсрочками, то это может быть нехорошо с точки зрения финансового положения. Но вместе с тем, мы как крупная компания, как группа компаний тоже не можем прокормиться только на мелких частных заказах.

А.Б.: Цены Вы формируете рыночные или волюнтаристские? Волюнтаристские, объясняю, мы сейчас всех удавим низкой ценой, либо мы работаем в рыночном ценнике.

С.Ч.: В этой индустрии мне кажется, вообще не возможно по определению всех удавить низкой ценой. Порядка 1000 предприятий, которые позиционируют себя как ЗМК, некоторые гаражные. Гаражный бизнес удавить по определению невозможно, потому что если совсем плохо, то они повесят замок, уйдут. Через три месяца какой-то контракт получат и опять, выйдут. Во всем мире есть такая категория, с которой бороться бессмысленно и точно не является нашей целью.

А.Б.: Три компании вошло в группу. Это соответственно, бывший «Стальинвест», который сейчас называется DI FERRO, в здании которого мы сейчас сидим. И компания VENTALL DON, которая раньше называлась «Металл Дон». Это разные компании, и мы говорим о площадке, о людях, о границах. Вы взяли их не в самом лучшем виде. Как пришлось действовать?

С.Ч.: Да, не так все легко и гладко. За время работы под брендом RUUKKI, под финским управлением, часть компаний-заказчиков была потеряна по разным причинам, в том числе и объективным. Санкционные вопросы, вопросы, связанные с условиями оплаты. Поэтому конечно здесь на VENTALLe одна из основных задач была проанализировать клиентскую базу, проанализировать, почему кто-то перестал работать, попытаться эти компании вернуть. У DI FERRO была другая задача. Нужно было с нуля…

И нашей задачей было как раз все лучшее, что от компании «Стальинвест» перенести. Ну а лучшее - это, безусловно, комплекс производства. Он весьма и весьма хороший. Оснащение. Многие вещи там были продуманны достаточно грамотно с точки зрения технологии. С другой стороны, когда компания банкротится, хороший шлейф и обиженные тоже в этом процессе есть. Компания Металл Дон последний год работала под управлением Внешэкономбанка. И он там отличную работу провел. Попутно он на сегодняшний день является его единственным кредитором. Поэтому там менее болезненно все эти процессы идут, но они еще не закончены. Ну и масштаб конечно поменьше.

А.Б.: А в родных стенах. В «Венталле»? Вы же пришли, здесь не идеально все было? И финны уходили вот Вам скажу… так.

С.Ч.: Да, скажем так, что основная проблема, что последние два года, финны, когда уже было решение принято о продаже компании, естественно они не очень думали о каких-либо перспективах развития, не вкладывали в маркетинг, не очень старались с клиентами. Было чемоданное настроение классическое. Но возвращаемся (к предыстории). Основное-это клиентская база, и на сегодняшний день нам удалось провести достаточно успешную ротацию. Могу сказать, что этот год у нас по всем компаниям загружен. И сейчас мы близки к тому, чтобы завершить ротацию по первому кварталу следующего года.

А.Б.: Сергей, Вам как профессионалу чем интересен столь масштабный проект?

С.Ч.: Много, как это модно говорить, вызовов присутствует. Дело в том, что какого-то идеала на российском рынке металлоконструкций нет. Идеального игрока. Хотя есть уважаемые компании, которых имеет смысл упоминать. Человеку всегда свойственно стремиться к идеалам, поэтому сейчас мы пытаемся создать некую идеальную группу компаний. Что значит идеальная группа в моем понимании? Это группа, продукция которой востребована на рынке, к которой тянутся и заказчики, и партнеры, и подрядчики, и сотрудники. И которая, когда произносят названия каких-то брендов в других отраслях, все понимают, что это лидер в своей отрасли. Взять автомобилестроение или взять электронику или мобильную связь. Хочется создать что-то похожее и в нашей отрасли, что действительно появился бренд, при произнесении которого все скажут: «Да, здорово!»

А.Б.: На сколько лет проект?

С.Ч.: Мы рассматриваем 5 лет. В пределах 5 лет можно добиться результатов весьма приличных.

А.Б.: Что будет с инжинирингом в группе компаний VENTALL, таким нормальным глубоким, где включается перепроектирование, переосмысление проектов, какие то новые решения.

С.Ч.: Сейчас акцент по проектированию смещается. Это связано с тем, что больше крупных проектов, больше государственных заказчиков, госкорпораций, и там уже по существующим механизмам, они не приходят покупать здание, они приходят со своей проектной документацией. Ты должен сделать все в точности, в соответствии с данным проектом.Крупных заказчиков это даже не интересует сильно, потому что есть смета и согласованная экспертиза. Для подрядчиков даже выгодно, если смета больше. Если мы ее уменьшим, будет меньше тонн, он меньше получит за монтаж. Поэтому на таких крупных проектах это работает немножко по-другому. Мы предлагаем наши услуги крупным проектным организациям, а зачастую 3, 4 раздел КМ, КМД сделать бесплатно, для того чтобы войти в какой-то крупный проект.

Некоторые пользуются этим, некоторые говорят: «Нет, мы сами. Мы все знаем, все умеем». Хотя не всегда качество проектных решений, которые мы получаем, нам кажутся оптимальным.

А.Б.: Кстати, за вашу практику нахождения в отрасли, это качество повысилось или оно сейчас снижается?

С.Ч.: Качество проектирования? Могу сказать, что тренд неплохой. На повышение. Пришли наконец-то молодые специалисты, если 10 лет назад все проектировщики имели средний возраст 50 плюс и соответственно они использовали старую школу, старые проектные решения. Сейчас молодежь, слава богу, пошла в проектирование, очень неплохие приходят иногда решения, которые нельзя уже оптимизировать. Но это пока еще не правило. Это первые ласточки. Несколько лет назад были переживания, что будет с отраслью, если молодежь не пойдет…

А.Б.: Я видел директоров заводов, которые хватаются за голову и говорят: «Опять напроектировали, опять из Обнинска. Ой, сейчас все будет легко и мало тонн».

С.Ч.: Обнинская школа уже вошла в историю металлических конструкций и быстровозводимых зданий. Да, обнинские компании проектируют весьма неплохо. Ну, в целом по стране, когда к нам попадает какой-то проект, то по правилам можно сразу определить, это старая школа или новая.

А.Б.: Серей вопрос: кто повторил успех «Венталла» в постсоветский период?

С.Ч.: Могу сказать, что, наверное, ближе всего Линдаб-Астрон, в том числе и по финансовым показателям. Ну, мы понимаем, что сравнивать 2005 год с 2015-м тяжело, времена сильно поменялись, но, по крайней мере, подходы, комплексные решения у меня вызывают уважение, то что Линдаб-Астрон делает. Да, может быть они на рынке не гремят, у них есть свои решения. Можно спорить долго, хорошие они или плохие, что лучше, но вот они последовательно продвигают, в течение многих лет. И это приносит неплохие результаты, в том числе и финансовые.

А.Б.: Заводы в Зауралье и Сибири. Что Вы скажете о них?

С.Ч.: Ну, это другой совсем тип. Это классические ЗМК, у которых своя ниша металлоконструкций.

А.Б.: То есть если 50 тысяч тонн, то это туда?

С.Ч.: Это туда, это мосты, это нефтехимия, это крупные какие-то заводы. Ну, как правило, они сами не проектируют. Они вообще зданиями как таковыми занимаются мало, по остаточному принципу. Да поэтому это, безусловно уважаемые игроки, но у них немножко другой у них бизнес.

А.Б.: Если к Вам придет условно мост, Вы не будете его проектировать или изготавливать?

С.Ч.: Диверсификацию DI FERRO сейчас на мостовые конструкции, может проект небольшой. С чего-то надо начинать. Если будет какой-то небольшой проект, с какими-то разумными сроками, не очень короткими, то почему бы не попробовать?

А. Б.: С вашей точки зрения, сейчас я попрошу Вас немножко абстрагироваться от той группы, в которой Вы работаете, которую Вы возглавляете. Кто несет флаг отрасли сегодня?

С.Ч.: Как минимум две компании могу назвать – Челябинский завод металлических конструкций (ЧЗМК) и Белгород, Белэнергомаш.

А.Б.: Белэнергомаш после олимпийских строек как-то весь немножко…

С.Ч.: Нишевый игрок, но, тем не менее – это компания, которая вызывает уважение. Может делать сложные, не стандартные конструкции. Они обладают определенной уникальностью. В первую очередь. Я бы назвал эти две компании.

А.Б.: Вопрос про будущее. Чего не хватает в отрасли? Это разговор не про деньги…

С.Ч.: Не хватает эффективной организации бизнес-процессов внутри предприятий. То есть если спросить заказчиков, насколько их устраивает тот уровень сервиса, который им предоставляют ЗМК, то первое что назовут - это сроки, соблюдение сроков. А для стройки, поскольку мы работаем на такой стадии. Без каркаса здания все встаёт. Если б мы занимались отделкой, сетями, это не столь критично. Если сорвал сроки поставщик металлоконструкций, то вся стройка встала. И вот здесь, наверное, большой резерв по оптимизации внутренних бизнес-процессов.

А.Б.: Исходя из того, что 3 больших бренда в вашей группе. Возможно, будет четвертый, я пока специально не задаю этот вопрос. И 10 тысяч тонн вместе с легкими конструкциями. Не создаете ли Вы монстра?

С.Ч.: Нет.

А.Б.: Это получится какой-то 120- ти тысячник, который в России, ну… Там в Челябинск один прорывался с такой цифрой…

С.Ч.: Нет, такой задачи точно нет. В том числе, поскольку рынок циклически стадийный. Периоды развития сменяются спадами.

А.Б.: На Вас смотрят как на монстра.

С.Ч.: Давайте цифры посмотрим. Два миллиона тонн емкость увиденного рынка. Даже если 200 тысяч тонн в течении пяти лет нам когда-то дадут, то это будет 10% рынка.

А.Б.: У нас в стране нет ни у кого 10% рынка. У нас есть 4%, у Кургана. За один год посчитали, и то они сами так посчитали.

С.Ч.: В моем понимании монстр – это который 50% рынка контролирует. В наших смелых мечтах, мы для себя 10% рынка видим, больше просто, мне кажется рискованно. Это цифра обоснованная. Она достижимая, и при этом, это все-таки не монстр, это нормальная управляемая группа компаний, которой можно будет управлять, в том числе и при спаде рынка. Когда у тебя слишком большая доля, с эти сложно что-то сделать.

А.Б.: Консолидация, собирание заводов. То, что получилось в Вашей группе от предыдущих неэффективных собственников - это признак зрелого рынка. И вообще переход актива из рук в руки - это признак зрелого рынка?

С.Ч.: Безусловно, консолидация - это нормальный процесс на всех рынках мировой экономики. Но для нас это, конечно, не самоцель коллекционировать какие-то предприятия…

А.Б.: Знаковые объекты, которые Вы прошли по группе за последний период? Сложная поставка? Интересные решения?

С.Ч.: Сейчас поставляет на завод судостроительной верфи Звезда, в Большой Камень, Дальний Восток. Известный объект, важный для России.

А.Б.: Вы один там поставщик?

С.Ч.: Нет, там много компаний. У нас там два больших цеха, один заканчиваем, второй начинаем. Из местных объектов – Дворец спорта в Калуге. Достаточно непростые конструкции. Из перспективных – в Лужниках теннисный корт. Проект будет с монтажом.

А.Б.: Как монтажников набираете?

С.Ч.: На такие проекты стараемся брать тех, кто себя уже проявил. Потому что цена ошибки высокая: центр Москвы, стесненные площадки, сложные конструкции, логистика непростая, все с колес надо монтировать. Поэтому берем тех, с кем уже подобные проекты выполняли.

А.Б.: Многие заводы, как участники рынка стального строительства испытывают тоску по рентабельности, а проектные компании им в этом не всегда помогают. Как с тоской по рентабельности у VENTALL?

С.Ч.: Мы понимаем, что вряд ли ситуация изменится к лучшему. Уровень цен, который сложился на рынке, да, наверное, он объективный. Надо учиться работать в новых условиях: снижать себестоимость, применять затраты в амортизации. Это новая реальность. Надо искать какие-то ниши. Например, мы сейчас экспериментируем с нанесением огнезащиты: упрощает монтаж, облегчает, ускоряет...

А.Б.: Большая потребность?

С.Ч.: Приличная. Учитывая ужесточение пожарных норм, сейчас на большинстве объектов такая огнезащита наносится. Вот, пожалуйста, направление, которое позволяет поднять нашу рентабельности, и облегчить монтаж. Со сложными типами покраски можно зарабатывать дополнительные деньги

А.Б.: Что будет дальше?

С.Ч.: Мы не ждем больших потрясений, думаем, что так, как оно сейчас, наверно и будет.

А.Б.: Лет на 5?

С.Ч.: Да.

А.Б.: Что Вы будете делать на рынке и как будете себя вести?

С.Ч.: Сейчас задача - снижать цены. Мы сейчас ищем оптимальные для нас ниши, сегменты. И я дучаю в них спозиционируемся окончательно. И будем продавать по нормальным ценам.

А.Б.: Как Вы видите компанию VENTALL на рынке через 5 лет? Кто она?

С.Ч.: Это должен быть лидер рынка. Это должна быть компания, которую все знают в нашей целевой аудитории. Хочется возродить и приумножить ту славу, которая была у компании в конце 90-х, начале 2000-х.

А.Б.: Замечательно. Каких показателей Вы хотите достичь? В тоннах?

С.Ч.: У нас внутренние цели установлены в рублях. По обороту мы планируем выйти на 15 миллиардов рублей в год.

А.Б.: Доля рынка 10% означает, что маленькие заводы должны уйти?

С.Ч.: Нет, мне кажется они всегда в каком-то деле…

А.Б.: За счет кого будете наращивать свою долю?

С.Ч.: Учитывая, что заводов ЗМК порядка тысячи и у каждого взять по тонне… Ели отвечать объективно, то у нас нет каких-то целевых конкурентов, за счет которых мы будем увеличивать долю. Мы стараемся говорить свое имя, заказчики к нам тянутся. Как правило, мы даже не разбираемся, с кем они работали до этого.

А.Б.: Каких людей Вы бы не наняли на работу, а каких ни при каких условиях?

С.Ч.: Не мотивированных, не амбициозных, то, что я называю болотом. С этими людьми сложно двигаться вперед.

А.Б.: Если бы Вы оказались лицом к лицу с ведущими игроками отрасли, что бы Вы им сказали?

С.Ч: Ребята, давайте двигаться вперед вместе.




Новости

В Москве стартует заявочная кампания на получение субсидий для промышленников
19 марта 2021г.

С 22 марта промышленные предприятия столицы могут подать заявку на получение субсидий для возмещения затрат по лизингу, на уплату процентов по кредитным договорам на приобретение оборудования, а также на подключение к инженерным сетям, сообщил заместитель Мэра Москвы по вопросам экономической политики и имущественно-земельных отношений Владимир Ефимов.

Штеффен Хоффманн назначен на должность Президента группы Bosch в России
19 января 2021г.

Доктор Штеффен Хоффманн (Dr. Steffen Hoffmann) занял должность Президента Bosch в России, Украине, Беларуси, Центральной Азии, Монголии и на Кавказе с 19 января 2021 года. Он сменил на этом посту Хансъюргена Оверштольца, который возглавлял регион с февраля 2016 года.

Ижорские заводы отправили компенсатор давления на АЭС Руппур
17 июля 2020г.

Ижорские заводы, входящие в Группу ОМЗ, отгрузили компенсатор давления для первого энергоблока АЭС Руппур (Бангладеш).

Все новости

Объявления

12.08.2021г.
Контроль и мониторинг АКБ с помощью системы БМС01

"Энергометрика" ООО

Компания “Энергометрика” представляет систему контроля состояния аккумуляторных батарей БМС01. Она позволяет получить полную картину их работоспособности, что полностью исключает все спорные моменты при выяснении причин выхода из строя АКБ. Система контроля ...
02.08.2021г.
Профессиональное моющее средство "Техноклин"

ООО «ТЕХНОТРЕНД»

Продукт адаптирован под моечные установки и для ручного использования, является универсальным, концентрированным щелочным средством. Моющее средство «Техноклин» применяется: на предприятиях пищевой, перерабатывающей и индустриальной промышленности, предприятиях транспорта и в транспорте (в ...
02.08.2021г.
Моющее средство "КС"

ООО «ТЕХНОТРЕНД»

Предлагаем Вашему вниманию Техническое моющее средство «КС». Продукт адаптирован под моечные установки, является универсальным, концентрированным щелочным средством. Моющее средство «КС» предназначено для очистки и обезжиривания различный поверхностей (металл, пластик, резины, стекла, керамики, ...
Все объявления